«Пить стали больше»
Что происходит в Вологодской области спустя полгода действия «полусухого» закона?
В Вологодской области действуют самые жесткие в стране ограничения на продажу алкоголя. 1 сентября исполнилось полгода, как здесь почти запрещено покупать спиртное. По будням затариться легально можно только два часа в сутки — с 12:00 до 14:00. Вместе с фактическим запретом абортов это стало второй самой громкой инициативой губернатора Вологодчины Георгия Филимонова.
В ограничениях власти видят заботу о будущем нации. Жители не согласны — говорят, эффект ровно противоположный. Во-первых, чтобы не стоять лишний раз в очереди, народ закупается сразу на неделю — и выпивает запас раньше. А во-вторых, в регионе расцвела нелегальная продажа алкоголя.
«Региональный аспект» разбирался, трезво ли губернатор оценивает свои успехи в борьбе за здоровье граждан — и как изменилась жизнь вологжан после принятия закона «12-14».
«Они на каждом шагу»
Бороться с пьянством Филимонов начал сразу после своей инаугурации, осенью 2024 года. Первые «звоночки» прозвучали в начале октября: на совещании областного правительства глава региона анонсировал «сюрприз» для алкомаркетов.
— По поводу «Бристолей» и «Красного и белого» […] Даю намек — они уйдут с рынка Вологодской области в силу того, что мы примем законодательство и в ближайшее время мы об этом объявим, — сказал Филимонов.
В конце месяца он обосновал причину грядущих изменений подробно.
— Вологодчина и Русский Север вымирают. Только за год население области сократилось на 7,5 тыс. жителей. Страшные цифры, — заявил Филимонов. Он связал 71 % смертей трудоспособных граждан в регионе именно с алкоголем. Источник этих данных губернатор не назвал.
Зато он привел и другие цифры: за год заболеваемость алкоголизмом в области выросла на 30 %. На этом фоне за последние четыре года число алкогольных супермаркетов увеличилось «более чем втрое», отметил Филимонов.
— Они на каждом шагу, — заявил он.
По данным главы региона, в 2024 году в Вологодской области насчитывалось 158 магазинов «Бристоль» и 171 — «Красного и белого».
В конце ноября 2024 года региональные депутаты приняли закон, который ограничил магазинную продажу алкоголя в области двумя часами в будни — с 12 до 14. На выходных график остался прежним — с 8 до 23 часов.
Кроме того, депутаты запретили торговлю алкоголем в магазинах, расположенных в цокольных и подвальных этажах жилых домов, в помещениях, не имеющих отдельного входа для разгрузки товаров, а также в квартирах, переведенных из жилого в нежилой статус.
Предприятий общественного питания запрет не коснулся.
Депутат Госдумы от Вологодской области Алексей Канаев считает, что законопроект был принят «слишком поспешно».
— С момента внесения до момента принятия прошло всего 12 дней. Какую-то серьезную аналитику за это время сделать невозможно, — рассказал парламентарий «Региональному аспекту». — Что именно попадет под закрытие, что сохранится, как изменится потребительское поведение людей? Никто этого не анализировал. Пошли по пути: «Давайте быстро примем, чтобы назад было не отступить и обсуждения свести к минимуму, а остальные пусть адаптируются».
Канаев баллотировался в Госдуму от «Единой России». Но за критику «антиалкогольных» инициатив его исключили из партии — решение единогласно принял вологодский региональный политсовет «ЕР».
Документ, который в народе окрестили законом «12-14», вступил в силу 1 марта 2025 года. Но первые магазины «Красное и Белое» и «Бристоль» в области начали закрываться уже с января — объявления о сдаче их помещений в аренду появились на «Авито».
В начале августа Филимонов объявил, что сеть «Красное и Белое» вообще уходит из области. Накануне компания прекратила продажи алкоголя в связи с приостановкой лицензии. Поводом для нее послужили якобы найденные нарушения — но публично о них так и не сообщили.
Уход сети Филимонов напрямую связал с действием закона «12-14».
— Мы не нарушаем права предпринимателей, но и торговцы смертью нам в регионе не нужны, — заявил он.
Однако в сети «Красное и Белое» опровергли уход из области — сейчас компания пытается вернуть лицензию через суд.
Основатель сети Сергей Студенников не считает свои магазины «алкомаркетами».
— В алкомаркетах доля продаж алкоголя составляет 80—90 %, а у нас — менее четверти; все остальное — это продукты питания, напитки, товары повседневного спроса, табак. Этот формат очень востребован, это тенденция мирового и российского рынка, — рассказал он в интервью РБК.
Тем не менее в своем телеграм-канале Филимонов регулярно отчитывается о количестве закрытых «алкомаркетов». Во второй половине августа губернатор заявил, что в регионе прекратили работу уже 360 из них.
В начале года их насчитывалось в области 610. Под раздачу попала даже местная розница — например, продажу спиртного из-за выявленных нарушений приостановили 25 магазинов сети «Северный градус».
По оценке Филимонова, из-за введенных ограничений бюджет Вологодчины теряет около 500 млн рублей в год. Но, по его словам, власти это не смущает:
— Нет ничего более ценного, чем жизнь человека, — заявил он агентству ТАСС.
Весной Филимонов объявил о старте программы по «переориентации» алкомаркетов и «наливаек» в рестораны, кафе и кофейни. Программу назвали «5-3-3»: до пяти миллионов рублей на три года, под три процента. Деньги пообещали тем предприятиям, кто закрылся из-за введенных ограничений — или просто хочет сменить направление работы. К концу августа на всю область выдано 11 займов.
Борьба с алкоголем вызвала неоднозначную реакцию жителей Вологодчины.
В начале 2025 года в интернете появилась петиция за отставку Филимонова с поста губернатора. Ее авторы обвинили главу в том, что он хамит жителям на личных встречах, ввел в регионе «сухой закон», запретил аборты и уволил из регионального правительства людей, приносивших пользу. За три дня петиция набрала более 16 тысяч подписей, позже ее удалили. В ответ Филимонов назвал авторов обращения «группой бесноватых провокаторов» и посоветовал им не «совать пальцы в розетку».
Спустя месяц уже активисты из Череповца обратились к Путину с требованием выгнать Филимонова «поганой метлой». Причины недовольства были те же — запрет абортов, «сухой закон», самопиар и неуважительное отношение к вологжанам.
«Теперь покупают с запасом»
— Это самые неудобные часы — обеденное время, когда человек должен быть на учебе, тренировке, работе, — так Георгий Филимонов обосновал, почему покупка алкоголя в области разрешена в будни только с 12 до 14 дня. И пояснил:
— Принципиальная задача — не дать возможности приобретать алкоголь ни с утра, ни вечером после работы.
Депутат Канаев считает подобную аргументацию «хамством» по отношению к «нормальным гражданам». Подавляющее большинство их к алкоголикам не относится, напоминает он.
— Или авторы закона считают, что это не так? — задается вопросом парламентарий. — Пусть назовут цифры. Для кого создаются эти искусственные трудности? Для тех, кто «ведет себя непотребно из-за паров алкоголя»? Это 10 % взрослого населения? 20 %? По факту, авторы посчитали таковыми всех. Именно это в принятом законе больше всего возмущает жителей Вологодчины.
Опрошенные «Региональным аспектом» нормальные граждане Вологодчины подтверждают: принятые ограничения их действительно возмущают. И подчеркивают — даже в будние дни алкоголь в регионе вполне себе приобретается. Только теперь это сопряжено с большими неудобствами.
— Это выглядит так: я приезжаю днем в «Ленту», на парковке нет свободных мест, — рассказывает бизнесмен из Череповца Олег. — Стоят машины, в том числе недешевые, люди заходят в магазин в красивой одежде… И у них нет никаких признаков алкоголизма. Это благополучные люди — инженеры, врачи, предприниматели. И вот они стоят в очередях — с грустными лицами, чтобы купить, не знаю, бутылку вина перед поездкой на дачу. Горько все это.
Некоторым, правда, действительно не удается попасть в заветные часы из-за рабочего графика. А кто-то не готов тратить на поход за спиртным обеденное время. Но ничего, кроме негодования, это не вызывает, говорят вологжане.
— Где здесь логика? — возмущается охранник из Вологды Игорь. — Допустим, человек хочет вечером отдохнуть, выпив бутылочку пивка. Или встретиться с девушкой — и приобрести для этого сухого вина или шампанского. Как работающий гражданин может уложиться в эти временные рамки? И ладно, он работает там, где можно отлучиться! А если это завод, где есть учет прихода и ухода?
У многих жителей закон вызывает недоумение — и ощущение, что их частную жизнь пытаются регулировать.
— Возможно, есть смысл ограничить продажу крепкого алкоголя. Но вина, шампанского, пива? Не понимаю. Мы взрослые люди. Мало ли, нам с женой «романтизьму» вечером захотелось? Но теперь нет [нельзя], — говорит хирург с многолетним стажем Виктор.
Жители уверяют — принятые ограничения не способны удержать от пьянства тех, кто к нему склонен: «Кто хочет выпить, тот всегда найдет». Но теперь пить больше стали те, кто раньше этого не делал. Потому что закупаются впрок — и не выдерживают соблазна.
— Люди берут алкоголь с большим запасом, чтобы лишний раз в очереди не стоять, — объясняет житель Вологды Андрей. — И если раньше человек выпивал баночку-другую пива и останавливался, потому что было лень идти за новой, то теперь запас всегда под рукой.
И это далеко не единичные случаи, добавляет пенсионерка Татьяна.
— Я была в шоке, увидев, как во вторник люди выходят из «Ленты» с несколькими тележками, забитыми алкоголем. Очень много людей — я давно не видела таких очередей именно за спиртным. Люди набирают впрок, то есть у них дома мини-склад! И на кассах — те, кто стоит просто за продуктами в районе 13 часов, становятся чуть ли не врагами тех, кто пришел за бутылкой.
Сама Татьяна родом из Череповца, но уже 12 лет живет в Челябинске. Приехав погостить к родным на малую родину, она поразилась здешним нововведениям.
— Захотелось по поводу встречи выпить бокал вина, — продолжает пенсионерка. — Чтобы купить его, прошли целый квест: в первый день полки с алкоголем были почти пустые. На следующий день приехали специально к 12 дня — но все равно отстояли очередь. Очень неприятно такое обстоятельство.
Некоторых жителей области возмущает закрытие именно магазинов «Красное и Белое». Сразу несколько человек пожаловались «Региональному аспекту» на то, что ходили туда не за выпивкой, а за продуктами — «потому что дешевле». И теперь лишены возможности сэкономить.
— Я мать троих детей, нахожусь в декрете. И мне было очень удобно ходить в «Красное и Белое» именно за продуктами, — рассказала жительница Череповца Ирина. — Брали там детское питание, соки, лимонады, сладости, ибо здесь выгоднее. Теперь, чтобы купить пачку сока, нужно идти в супермаркеты, где всегда огромные очереди.
Из опрошенных полутора десятков жителей Вологодчины только один поддержал принятый закон. Хотя пользу для себя он нашел в нем не сразу.
— Признаюсь, на первых порах инициатива губернатора казалась мне самоуправством, — философски заметил в ответ на вопросы корреспондента 78-летний Николай из Вологды. — Но потом почувствовал, что этот вроде бы глупый закон заставляет в запрещенные к продаже спиртного часы поразмыслить: «Так ли уж мне это надо?..».
Правда, по словам пенсионера, покупать алкоголь от этого он не перестал.
Но зато определился с ответом на важный вопрос: «Кто хозяин — я или спиртное? Конечно — Я!», — гордо сообщил Николай «Региональному аспекту».
«Чистый до последней капли»
Алексей Канаев критикует ограничения на продажу не только из-за неудобств жителей. Депутат убежден: закон «12-14» вообще не имеет отношения к борьбе с алкоголем.
— Права по сокращению времени продаж предоставили регионам прежде всего для борьбы с так называемыми «наливайками», — объясняет он. — То есть с магазинами, которые продавали алкоголь, мимикрируя под точки общепита. Поставил стол, стул, создал видимость некоего буфета — и продаешь в разлив алкоголь круглые сутки. Но на сегодняшний день «наливайки» никоим образом не ущемлены в своих правах.
Жители области, с которыми поговорил «Региональный аспект», подтверждают эти наблюдения. По их словам, «наливаек» в городах стало даже больше, чем раньше — и многие торгуют алкоголем круглосуточно. Изменились в их работе только две вещи: там появились столы и стулья — и бутылки теперь продают в неурочные часы только откупоренными.
— У тебя есть столы, стулья, официант и минимальное меню — все, ты не считаешься «наливайкой», — рассказывает череповецкий предприниматель Олег. — Ты считаешься заведением общепита, баром, например, или очень бюджетным рестораном. Тебе вскроют пробку — а здесь ты бутылку выпил или домой унес, это уже твое решение. «Ресторан» ничего не нарушает.
Раньше «наливайки» действительно были местом общения в «сидячем положении», вспоминает житель Вологды Николай. В них можно было купить бутерброд с селедкой или салом — и душевно провести время. Правда, и народ туда ходил «соответствующий», оговаривается он. Теперь же в наливайки забегают самые обычные люди, а «душевное общение» давно закончилось.
— Никто там не садится и не пьет — взяли и пошли. В левой руке бутылка, в правой — пробка. Все, иди, ты обслужен в кафе.
Некоторые заведения не «заморачиваются» даже с имитацией законности.
— В нашем районе была наливайка — торговали пивом, сидром, винами на разлив. Но еще весной она переехала, так как находилась возле школы, — рассказывает жительница города Сокол, пенсионерка Любовь. — Потом пару месяцев на ее месте поработал магазин «Приосколье». Удобный был — но выехал в течение одного дня. Вечером иду мимо — и вот оно, счастье: новая наливайка, «Добрякофф». Столиков нет, но три-четыре человека стояли у прилавка.
О том, что ему поступают жалобы на «наливайки», нелегально торгующие алкоголем, сообщал и сам Георгий Филимонов. Губернатор регулярно отчитывается и о борьбе с ними тоже. По данным главы, раньше в крупных городах таких заведений было 87. К середине августа закрылись 40 – остальные «остаются на контроле».
Но жителей области волнуют не только «наливайки». По словам вологжанина Николая, принятый закон «12-14» никак не решил другую проблему: нелегальную продажу спирта под видом косметических лосьонов. Из-за дешевизны и того, что их продажи особенно расцвели в последнее время, в народе их прозвали «лосьон Филимон». Флакончик «очищающей» жидкости стоит меньше 100 рублей и эквивалентен почти 200 граммам водки.
«Региональному аспекту» прислали фото таких бутылочек. Под жестяной крышкой на одной из них красуется гордая надпись, едва ли подходящая для лосьона: «Чистый до последней капли». Производство – Северная Осетия либо Беларусь, «Бобруйский завод биотехнологий».
По словам Николая, в одной только Вологде такие «заменители» продаются в нескольких точках. Они неприметны на вид и часто выглядят как окошко в заборе — но поток «страждущих» к ним не иссякает. Именно эти точки продаж несут самый большой вред — и реально убивают население, убежден мужчина.
А главное, никакой борьбы с ними он не замечает — ни до принятия закона, ни после.
— Эта история разворачивается на моих глазах давно, — рассказывает Николай. — Осенью 2023 года я ехал на работу — и увидел одну из таких точек. У нее еще реклама была, типа, купи две — получи три. Абсолютно такая коммерческая ситуация. В двухстах метрах от точки находился отдел полиции. И меня, в общем, заело, что они как-то сосуществуют рядом друг с другом. Патрули там ходят каждый день — глаза опустили, пошли дальше.
Возмущенный мужчина позвонил в тот же отдел полиции, что соседствовал с точкой продаж. Через неделю ему позвонил участковый и пригласил на опрос.
— В одной фразе он поблагодарил меня за гражданскую активность, а в другом, так сказать, неофициальном, разговоре — намекнул на ее избыточность. Потому что, мол, не ваше, товарищ, дело, кто и чем торгует рядом с полицией. Так это прозвучало. Ну, думаю, ладно. А спустя год, в конце ноября, над этой точкой появился флаг Российской Федерации…
Николай оговаривается, что флаг повесили, скорее всего, не торговцы алкоголем. Рядом с «точкой» находится автосервис — и мужчина допускает, что это была инициатива его владельца — и люди имели в виду «гордость за Родину».
Но получилось, как он посчитал, символично.
Николай сфотографировал точку с флагом — и в начале декабря 2024 года отправил фото в комментарии под одним из постов Филимонова. К тому времени губернатор уже сообщил вологжанам о скором принятии закона «12-14».
Реакция главы была мгновенной. Глава пообещал все «решить» и флаг убрать — и даже сам съездил по указанному адресу, чтобы снять на видео, как там отовариваются граждане.
Через несколько часов Филимонов выложил отчет мэра Вологды Андрея Накрошаева: тот сообщил о выявленных нарушениях, способных даже «повлечь снос» здания.
«Данный объект берем в комплексную административную отработку», — доложил мэр.
После чего «алкоточка»-нарушительница… спокойно продолжила работать.
— Наутро еду — флаг висит, торговля идет, — рассказывает Николай. Правда, по его словам, вскоре флаг все же сняли — но, как уверяет вологжанин, «алкоточка» не закрыта до сих пор.
Николай перечисляет улицы, где он находил подобные же пункты продаж: один из них расположен в ста метрах от здания областного Следственного комитета.
Мужчину это приводит в недоумение.
— Нормально, что они сосуществуют вот так — дверь в дверь? Я думаю, что ненормально, — говорит Николай. — Он [губернатор] заявляет, что «торговцы смертью нам здесь не нужны». Но ведь эта торговля смертью — она не в «Красном и Белом» происходит.
По мнению горожанина, принятый закон «12-14» только стимулировал нелегальные продажи алкоголя. А бороться с ним по-настоящему у силовиков не хватает то ли желания, то ли ресурсов, предполагает он.
— Говорится, будто у нас стали меньше употреблять. Но это значит, что стали употреблять меньше того, что можно учесть. А больше — чего учесть нельзя, — размышляет Николай.
В начале августа Георгий Филимонов сообщил, что реализация алкоголя в области сократилась на 20 %.
При этом по всей России за первое полугодие 2025 года продажи спиртного (без учета пива, пивных напитков и медовух) упали на 16,1 %, рассказали в Росалкогольтабакконтроле.
Безо всяких запретов.
«Рынок недвижимости рухнул»
Закон «12-14» повлиял не только на потребительские привычки вологжан, но и напрямую ударил по их карманам, уверен депутат Алексей Канаев. Продуктовая инфляция в области выше, чем по России, говорит он (в июле расчетная годовая инфляция составила 11,7 % против 9,4 % в среднем по стране — прим. «Региональный аспект»). По мнению Канаева, это связано в том числе с антиалкогольными мерами властей.
— Не секрет, что рентабельность части магазинов, особенно в сельской местности, в значительной степени держалась на продаже алкоголя. Эти магазины терпят убытки — и компенсируют их поднятием цен на товары первой необходимости, — говорит депутат.
Как рассказали «Региональному аспекту» сразу два руководителя розничных сетей в регионе (бывший и действующий), в среднем доля алкоголя в местных сетевых магазинах составляет от 10 до 19 %. Половина из них — пиво.
— За полгода [действия закона] мы закрыли 22 магазина, располагавшихся в цокольных помещениях или переведенных из жилого в нежилой статус, — рассказал действующий директор одной из торговых сетей. — Продавать алкоголь в них теперь нельзя, а чисто на продуктах — не очень выгодно. Но у нас осталось несколько магазинов в цоколях, которые торгуют только продуктами. Там, где можно торговать алкоголем, особого падения у нас не было. Многие конкуренты закрылись, и продажи консолидировались в оставшихся точках. Для всего продовольственного ретейла пятница была самым доходным днем. На втором месте — суббота. Теперь все сместилось: самая доходная — суббота, за ней — воскресенье. Да, на неделе, в будни, покупать алкоголь стали меньше. Но в субботу — значительно больше.
Закон «12-14» только ускорит закрытие местных магазинов в отдаленных районах области, уверен бывший владелец розничной сети. Наценки в сельской местности и так минимальные, и бесконечно компенсировать ими потерю алкоголя нельзя. И теперь торговля в селах либо исчезнет совсем — и народ поедет за продуктами в районные центры — либо опустевшие места займут «федералы», говорит собеседник «Регионального аспекта».
Этот процесс, по его оценке, идет уже второе десятилетие.
— Все началось лет 15 назад при прошлом губернаторе Кувшинникове, — рассказывает бизнесмен (Олег Кувшинников возглавил Вологодскую область в конце 2011 года). — При нем в область пустили крупные сети — «Магниты», «Пятерочки», «Дикси». Те уронили цены — объемы [закупок] у них другие. Местные стали закрываться. Кто еле дышал, сразу умерли. Остались [из местной розницы] ветераны, кто имел хорошие связи, скидки и поставки из других регионов.
Сокращение региональной розницы ударило по местным производителям — рынок их сбыта резко сократился, продолжает собеседник «Регионального аспекта». А федеральные сети продвигают свои бренды.
Вскоре это заметил и сам губернатор Кувшинников.
— Мы несколько лет назад допустили большую ошибку, что открыли ворота федеральным сетям. Это привело к монополизации оптового и розничного рынка, которые сейчас ими заняты. Из-за принятого неправильного решения мы в итоге просадили местный рынок товаропроизводителей, — заявил он в 2015 году — и поручил «прекратить экспансию» «федералов».
Но, похоже, сделать этого не удалось. Спустя еще три года Кувшинников снова требовал «поставить заслон» сетям.
На закрытие магазинов после введения ограничений «12-14» жалуются и сами жители области. Многодетная мама Ирина из Череповца живет в частном доме, в СНТ (садовое некоммерческое товарищество). По ее словам, весной в правление СНТ обратилась хозяйка местного магазина — и сообщила, что закрывает его и продает здание.
— Мы задали ей вопрос: «А куда же теперь пенсионеры будут ходить за продуктами?», — рассказывает Ирина. — На что она ответила: «Теперь алкоголь только два часа в день продают — на чем я буду выручку делать? На хлебе и мороженом? Нет». В итоге мы лишились магазина. А в СНТ у нас, на секундочку, 504 дома!
Уход сетевых магазинов имеет еще одно последствие, говорят вологодские предприниматели. В области рухнул рынок коммерческой недвижимости.
Олег из Череповца инвестирует в «стрит-ретейл». Проще говоря, покупает нежилые помещения, ремонтирует их и сдает в аренду — чаще всего торговым сетям. Иногда это помогает сохранить облик города, говорит он.
— Одно из моих помещений — 1855 года, я реставрировал его пять лет по заявке «Красного и Белого». Если бы сеть не проявила интерес, то здание, наверное, разрушилось бы. И таких помещений, которые я купил, реконструировал, сделал ремонт, — много. И все они получили вторую жизнь. Из них вышли удобные современные магазины.
Теперь часть этих помещений пустует. После принятия закона «12-14» от Олега ушли шесть арендаторов — магазины «Красное и Белое» и «Бристоль». Это поставило бизнесмена на грань выживания: четыре его помещения куплены в кредит, еще одно заложено в ипотеке. Платежи «капают» ежемесячно, плюс «коммуналка» и налоги — но найти новых арендаторов Олег пока не может.
— Идет СВО, иностранные компании ушли, потенциальных арендаторов минимум. Розница, «Озон», «Вайлдберриз» и аптеки — вот и все, кого интересуют «магазины у дома».
Кроме того, уход арендаторов влечет дополнительные затраты на ремонт. Чаще всего он делается под конкретного клиента. Чтобы «обновить» помещение, требуется в среднем от 700 тысяч до миллиона рублей.
И такие проблемы испытывают сейчас все его коллеги по отрасли, признается Олег.
— По городу пустуют десятки магазинов — их невозможно сдать. Люди не понимают, что делать дальше. Рекламировать площади бесполезно, спроса нет. Крах для многих неизбежен. Продержатся полгода-год, а потом начнут продавать [недвижимость]. И будет обвал рынка, — предрекает предприниматель.
«Опять наступают на грабли»
Георгий Филимонов регулярно отчитывается о том, какую пользу принес региону закон «12-14». Так, в конце июля он сообщил, что за четыре месяца этого года смертность от заболеваний, связанных с алкоголем, снизилась в регионе на 53 % (по сравнению с аналогичным периодом прошлого года). Смертность от отравлений спиртным — на 71 %.
Алексей Канаев предполагает, что этот результат мог быть достигнут простым способом — «играми» со статистикой. По данным депутата, врачам по всей области под страхом увольнения рекомендовано не ставить пациентам диагнозы, связанные с алкоголем.
— Задача понятная — показать молниеносный результат: посмотрите, как быстро мы добились успеха, — говорит Канаев.
Неофициальный запрет на «алкогольные» диагнозы подтвердил «Региональному аспекту» и врач одной из районных больниц.
— Не приказом, конечно, но «главнюкам» (главврачам) запретили, да. Нельзя. Их [диагнозов], как абортов, — нет. Но алкогольные панкреатиты, острые гепатиты, делирии, галлюцинозы как были, так и остались, даже несколько чаще [проявляются]. И травм, отравлений, связанных с алкоголизацией, тоже меньше не стало. Самый «популярный» диагноз сейчас [взамен алкогольных] — отек легкого.
Алексей Канаев уверен, что реальное положение дел рано или поздно откроется.
— Самый главный показатель, на который не сможет повлиять ни одно искажение отчетности, — это общая смертность. И мы понимаем, что этот ключевой показатель — он интегральный: там не только алкоголь, это в целом качество работы системы здравоохранения. Которая на сегодня в Вологодской области хромает на обе ноги и находится в предкоматозном состоянии.
Комментируя закон «12-14», вологжане не раз проводили параллели с «сухим законом» времен «перестройки». Тогда он ни к чему хорошему не привел. Не приведет и сейчас, уверены они.
— Я прекрасно помню акцию Горбачева — гнали самогон, ставили брагу, таксисты торговали… Меньше пить тогда не стали, — вспоминает пенсионерка Татьяна. — Опять на те же грабли наступают. Если хотят, чтобы пить стали меньше, надо занимать население спортом, повышать уровень жизни. А чтобы рождались дети, необходимо вернуть уверенность в завтрашнем дне, доступное жилье, медицину и достойные зарплаты. Но это сейчас из мира фантастики.
Согласен с этим и Алексей Канаев.
— Любая кампанейщина опасна, мы это уже проходили. С алкоголем бороться надо, это зло. Но делать это надо продуманно. Государство системно вело работу — через обеление рынка, повышение культуры пития, баланс доступности алкоголя. Качество, безопасность и умеренность — вот к чему все идет. А простой запрет ничего, кроме создания нелегального рынка и расцвета самогоноварения, не принесет, — убежден депутат.
